Власти остановят кризис административным давлением

Логику “репрессивной модели” не скрывает и Арбузов, который ввел паспортный контроль при обмене валюты. Даром, что это ставит Украину в один ряд с Северной Кореей. Это ничего не изменит, разве что засвидетельствует уязвимость гривны и управленческую беспомощность НБУ.

Фотография Андрея Бильжо
С давалось бы, признаки того, что Украина вот-вот постигнет очередной кризис , очевидны.

Между политика правительства и НБУ загоняет проблемы “внутрь” и создает иллюзию их отсутствия за счет усиления административного давления, но это только сделает будущие неурядицы вновь “неожиданными и обвальным”.

Недавно глава Всемирного банка Роберт Зеллик сообщил, что с августа 2011 года в переходных экономиках периферии ЕС, к которым относится и Украина, становятся все более заметными признаки “заражения” кризисными явлениями.

Во-первых , эти государства тесно связаны с еврозоной через торгово-экономические контакты и кооперацию финансово-банковских систем.

Во-вторых , большинство стран региона имеют мало финансовых инструментов для противостояния их распространению.

В свою очередь, по результатам свежего исследования банка Goldman Sachs Group Inc , по сравнению с другими странами Центрально-Восточной Европы, Ближнего Востока и Африки, наиболее уязвимыми для повторения кризиса 2008 года является Украина и Турция.

Однако пока весь мир готовится ко второй волне кризиса, украинский премьер в худших традициях своей предшественницы на восьмом форуме “Ялтинская европейская стратегия” заявил, что в Украине европейских вызова не актуальны, пока он у власти. “Дефолта не будет, пока наша политическая сила модернизирует страну”, - заявил Николай Азаров.

Глиняные ноги стабильности

Во время общения со студентами глава Кабмина довольно примитивно как для человека с его опытом объяснил такую ​​уверенность тем, что в июле-августе поступления от экспорта не уменьшились, а даже увеличились.

Более того, украинский премьер может “предсказать, что в 2012 году значительного снижения спроса на украинский металл на мировых рынках не будет, поэтому валютные поступления в госбюджет не уменьшатся”.

Впечатляющий оптимизм. К тому же, полностью игнорируется то, что буквально за несколько месяцев до катастрофической осени 2008 года на протяжении почти всего первого полугодия объемы отечественного экспорта тоже росли, как на дрожжах.

Предметом для дискуссий, даже в партии власти, кроме заочной перепалки депутата-регионала Александра Ефремова и главы правительства относительно скрытых “дыр” на несколько миллиардов гривен, есть и параметры проекта бюджета-2012.

Азаров и тут поражает уверенностью: “Нам удалось уменьшить дефицит бюджета. Это самый главный антикризисный мероприятие, которое позволяет говорить, что мы готовы к возможной мирового кризиса гораздо лучше, чем это было в 2008 году. Если мы не сможем в случае кризиса найти кредитные ресурсы на 2,5%, мы закроем это за счет внутренних ресурсов. На 2,5% сократить расходы намного проще, чем на 17% “.

В том то и дело, что дефицит может достичь 17% и более. Чиновники из предыдущей власти, которые уже имеют горький опыт закладки в кризисный бюджет виртуальных показателей поступлений, более скептичны.

“По методике МВФ следует, что дефицит госбюджета - не 24 миллиарда гривен, как записано в проекте-2012, а 72 миллиарда гривен, то есть 5% ВВП. Это недопустимо ни с точки зрения МВФ, ни с точки зрения экономических реалий и здравого смысла”, - сказал бывший первый заместитель главы секретариата президента Александр Шлапак.

Заместитель министра финансов во время кризиса 2008-2009 годов Игорь Уманский указывает, что реальный дефицит бюджета составит 67 миллиардов гривен.

Самое интересное, что третьим антикризисным “китом” во время выступления на ялтинской конференции Азаров назвал реализацию положений нового Налогового кодекса, который, оказывается, “стимулировал развитие малого бизнеса” . Аргумент, мягко говоря, странный - рост розничного товарооборота на 26%.

Инвесторы бегут от гривны

Поддерживать иллюзию стабильности путем манипуляций в авторитарной стране, где отсутствует разделение ветвей власти, независимый Нацбанк и контроль общества за действиями власти, можно долго.

Например, занимаясь самокредитуванням дефицита госбюджета за счет эмиссии НБУ, средств доверчивых вкладчиков зависимых от власти государственных банков, гаммирования инфляции путем косвенного декретирования максимальных цен, даже ценой появления периодических товарных дефицитов. В конце концов, все это уже было во времена СССР.

Однако с момента провозглашения независимости на пути имитации стабильности стоял один независимый от украинских властей инструмент - индикативная роль иностранной валюты, соотношение которой с бумажками, которые печатаются в Киеве, и выступало мерилом истинного состояния украинской экономики по сравнению с мировой.

Так вот - в последнее время продолжается бегство отечественных и иностранных инвесторов с гривневых инвестиций за абсолютным большинством направлений.

Продолжается распродажа активов на обеих украинских фондовых биржах, индекс стоимости акций на них уже снизился до показателей начала осени 2008 года и продолжает пике.

В течение 19-23 сентября индекс ПФТС упал с 578,7 до 557,4 - при посткризисного восстановления достигал показателей выше 1 000 пунктов, а Украинской биржи - с 1 470,7 до 1 400,4 пункта. В отдельные дни падение индекса достигало панических 7%. Причем не только украинские, но и зарубежные инвесторы не прогнозируют ничего хорошего.

В отчете относительно рисков оттока капитала аналитики международного банка UniCredit утверждают: если часть стран, которые сильно пострадали от кризиса 2008-2009 годов - Казахстан, Латвия и Чехия, имеют лучшие шансы преодолеть ее вторую волну, то в гораздо худшей ситуации находятся Украина, Польша и Турция.

В августе 2011 года впервые за последние два года был зафиксирован отток средств с гривневых депозитов - на 0,81 миллиарда - на фоне роста валютных депозитов - на эквивалент 1,9 млрд грн, процентная ставка по которым ниже.

Это хоть и значительно меньше, чем во время паники в октябре 2008 года - 12,3 миллиарда гривен, но больше, чем в октябре 2009 года - 0,17 миллиарда гривен. Еще очевиднее было бегство в валюту юридических лиц. Только за август они увеличили валютные депозиты на 3 миллиарда гривен, тогда как за предыдущие семь месяцев - на 5,6 миллиарда гривен.

Потеря доверия инвесторов к гривне нашла проявление и в нежелательные покупать номинированные в национальной валюте облигации внутреннего государственного займа. Это стало настолько очевидным, что глава Нацбанка, который эту валюту и печатает, инициировал выпуск ОВГЗ в иностранной валюте. Если это не сигнал о неопределенные перспективы гривни, то тогда что?

Иллюзия валютной устойчивости

Международные валютные резервы НБУ, как и три года назад, росли за счет краткосрочных факторов, однако их размер в сентябре - 38,2 миллиарда долларов - даже менее весомый, чем тот, который был сформирован накануне кризиса 2008 года.

Во властных кругах это прекрасно понимают, о чем свидетельствуют “медвежьи” методы административного вмешательства в сферу обменных операций , к которым прибегло Нацбанк.

Сначала задействовали традиционный “рыночный” метод - создание искусственного гривневого голода . В начале сентября остатки средств на корреспондентских счетах банков упали до пятилетнего минимума - 7 сентября они снизились до 11,7 миллиарда гривен.

Последний раз такой низкий уровень остатков наблюдался 22 ноября 2006 - 11,65 миллиарда гривен, когда объемы ВВП и денежной массы были в несколько раз меньше.

Когда этого оказалось мало, глава НБУ Сергей Арбузов заявил о возможности выпуска сертификатов, обеспеченных золотом из резервов, которые будут продаваться населению для предотвращения перетоку средств украинского в наличную валюту.

Однако введение с 23 сентября дополнительных препятствий при осуществлении валютообменных операций свидетельствует, что все цивилизованные меры оказались слишком слабыми по сравнению с масштабом проблемы, возникшей перед НБУ.

Логику “репрессивной модели” не скрывает и сам Арбузов. Констатируя в начале сентября рост рынка теневой наличной валюты в Украине, он заявил: “Как боремся? Прежде всего, при проверках”.

Закономерным следствием такой логики управления стало решение Нацбанка о введении паспортного контроля для обмена валюты. Даром, что оно ставит Украину в один ряд с Северной Кореей. Кардинально оно ничего не изменит, разве что засвидетельствует уязвимость национальной валюты и управленческую беспомощность НБУ.

Страхи НБУ не скрывает директор генерального департамента денежно-кредитной политики регулятора Елена Щербакова.

По ее словам, поскольку НБУ не может приказывать банкам, чем им заниматься, то, вводя новые ограничения на валютном рынке, ЦБ пытается лишь в рамках имеющегося инструментария “сместить центр тяжести с одного рынка на другой”, заставить финансовые учреждения кредитовать экономику, а не накапливать валюту.

По данным Щербаковой, банки накопили на корреспондентских счетах в иностранных банках 8 миллиардов долларов, что вдвое больше, чем в среднем в предкризисные 2007-2008 годы.

Щербакова также сообщила, что банки привлекают валюту на внутреннем рынке под 7%, а размещают в своих материнских структурах на корсчетах под 0,2%. В этой связи напрашивается вопрос: к чему они готовятся?

Ответ очевиден: там хорошо понимают разницу между иллюзией, которую навязывают украинское правительство и Нацбанк, и реальным курсом гривны, который установится, когда поддерживать «стабильность» искусственными методами станет невозможно.

Наглядный пример, причем уже дважды в течение года, показала Беларусь, где даже значительно более авторитарным методы не смогли противодействовать экономическим законам.

Печальная сотрудничество с МВФ

Вряд ли такие методы валютного регулирования соответствуют если не “букве”, то хотя “духу” обязательств по либерализации валютного рынка, взятым Украиной перед МВФ. Хотя фонд и мирится с их существованием в наименее развитых странах.

Сотрудничество с фондом и без того заморожена с начала 2011 года. Из предусмотренных утвержденной в июле 2010 года двухлетней программе около 15 миллиардов долларов Украина до сих пор получила лишь два транша на 3,5 миллиарда долларов в 2010 году.

В 2011 году вместо запланированных ежеквартально 1,5 миллиарда долларов, то есть 4,5 миллиарда долларов до сентября, Киев пока слышал только слово “позже”.

Специфика будущих кредитов МВФ в том, что их должен получить не правительство, а Нацбанк для пополнения валютных резервов, значительная часть существующих объемов которых в критический момент вполне может оказаться мыльным пузырем.

Всеукраинский центр содействия предпринимательской деятельности уже обратился к НБУ с требованием обнародовать детальную структуру золотовалютных резервов Украины, поскольку в экспертных кругах давно циркулирует информация, что львиная их доля, около 21 миллиардов долларов, хранится в неликвидных ценных бумагах.

Впрочем, Азаров и до сих пор считает, что деньги будут ждать на него столько, сколько ему нужно. Недавно он заявил: “Если они потребуются, значит, мы поедем в Вашингтон, поставим определенные условия, выполним условия, которые нам предоставят кредиторы, обязательно выполним и получим этот транш”.

Между глава МВФ Кристин Лагард заявила, что денег фонда хватит не всем: “Наши возможности, почти 400 миллиардов долларов, выглядят достаточными сегодня, но бледнеют по сравнению с потенциальными потребностями нестабильных стран во время кризиса”.